Тогда они вошли и поговорили с ним: рассказали ему, какая на дворе погода, что пишется в газетах, и, наконец, Джонни сказал:

— В город пришел хромой великан. Он ищет вас.

— Вот как? — удивился дракон, показывая зубы. — Если бы я только мог выбраться отсюда!

— Если мы вас освободим, вы могли бы убежать, прежде чем он сможет поймать вас?

— Да, конечно, я мог бы убежать, — подтвердил дракон, — но, с другой стороны, я могу и не убежать.

— Неужели… неужели вы стали бы биться с ним? — охнула Тина.

— Нет, — сказал дракон, — я сторонник мира, о, да. Выпустите-ка меня отсюда, и вы увидите!

А какому ребенку не хочется увидеть что-то необычное! Дети освободили дракона от цепей и ошейника, и он сломал один конец тюрьмы и вылез наружу, остановившись только у дверей кузницы, чтобы попросить кузнеца заклепать ему крыло.

Он встретил хромого великана у ворот города, и великан стал колотить дубиной по дракону, словно по чугунному котлу, а дракон стал походить на чугуно-литейный завод, испуская из себя пламя и дым. Это было ужасное зрелище, и люди следили за ним издали, падая навзничь при сотрясении, производимом каждым ударом, и всякий раз вставая снова, чтобы продолжать свои наблюдения.

Наконец дракон выиграл битву, и великан с пристыженным видом заковылял обратно через болото, а дракон, сильно уставший, отправился домой поспать, объявив о своем непременном намерении съесть город утром. Он пошел назад, в свою старую тюрьму, потому что был чужим в этом городе и не знал никакой другой приличной квартиры. Тогда Тина и Джонни отправились к голове и к членам городского правления и объявили:

— С великаном дело покончено. Пожалуйста, дайте нам награду в обещанную тысячу.

Но голова усмехнулся.

— Нет, нет, мои милые. Не вы победили великана, а дракон. Полагаю, вы опять посадили его на цепь? Когда он придет требовать награду, он получит ее.

— Нет, он еще не на цепи, — возразил Джонни. — Может быть, вы желаете, чтобы я прислал его к вам за наградой?