День кончился, прошла ночь, наступил другой. Такой же тусклый и бесснежный, как и вчера. Времени до нового года оставалось меньше недели – шесть коротких, как лето, дней. Нетунет молчал, от Санта-Клауса сообщений не поступало, а сама супердевочка почему-то стеснялась пользоваться новой системой связи на мозговом уровне. Вдруг соединится не вовремя, вдруг сантамобиль ее друга совершает крутой вираж и несется сейчас бок о бок с автомобилем таинственных похитителей. Или Санта-Клаус сидит в засаде, прячется в саду за скамейкой, ждет, когда Ляля Хлюпина, замаскированная под нее, Ульяну, появится перед каким-нибудь памятником, чтобы намазать ему губы помадой. И тут ее, Ульянин, звонок. В тот момент, когда надо действовать. И Ляля Хлюпина опять исчезает. И виновата она, Ульяна.

Уля вспомнила о своем задании и переключилась на школу. Скоренько собрала рюкзак и на цыпочках, чтобы не разбудить тетю (родители ушли на работу), протанцевала в прихожую. Оделась и уже на пороге услышала тетин голос.

– Рыбка, не забудь мой подарок. И инструкцию, как им пользоваться.

– С добрым утром, – ответила ей Ульяна. – Я взяла, спасибо, тетечка Сонечка.

Она щелкнула замком и ушла.

Саша Бережный и Дима Приятный сидели в теплом полумраке кафе за два дома от родной Академии. Они прогуливали первое полупарие – лекцию профессора Ерихонова по истории мирового театра. Людей в зале, кроме них, не было. Почти не было – не считать же за человека какую-то придурочную девицу, сидевшую за столиком у окна с молочным коктейлем. Она вела себя очень странно, если не сказать вызывающе, эта подозрительная девица, – подхихикивала, строила рожи и пускала через трубочку к потолку белые молочные пузыри. Они лопались с хитрым звуком и усеивали пространство вокруг девицы мелкими молочными брызгами.