Но в это время раздался звонок. Все переглянулись и вышли в коридор. Сам капитан Жамен стоял в дверях.

- Пожалуйте завтракать, - приглашал он, указывая жестом в открытую дверь направо.

Там виден был богато накрытый стол с дымящимися горячими блюдами.

- Слушайте, дорогой, - обратился профессор во время завтрака к Рене, который уселся подальше от окна и ничего не ел. - Самое главное - это одеться потеплей, покушать поплотней и быть повеселей!

Рене натянуто улыбнулся шутке профессора.

- Да что вы, - продолжал толстяк, ласково глядя на Рене, - ведь мы тут не одни, - хотите сейчас спросим, с чем нынче макароны у римского папы? Кстати, капитан, - обратился он к Жамену, - что вам пишут из Марселя?

- Да, право, не знаю. Где эта телеграмма? Да, вероятно, все то же! Вас интересует?

И Жамен передал профессору Арно нераспечатанный конверт метеорологической станции.

- Разрешите? - сказал профессор и вскрыл конверт.

"На основании полученных с метеорологических станций сведений, главная Парижская физическая обсерватория ожидает в эти сутки сильного циклона, который должен захватить на своем пути берега Средиземного моря. Действие его распространится на высокие слои атмосферы. Считаем долгом предупредить экипаж воздушного корабля".

Арно передал листок инженеру Лантье, который не отрываясь глядел на профессора, пока тот читал.

- Что вы об этом думаете? - спросил профессор Жамена.

- Эх, это каждый раз: какой-нибудь ученый каркает. Думает, когда-нибудь и попадет в точку. То-то, дескать, прославлюсь! Простите, профессор, что я так...

Жамен допил свой стакан, подкрутил усы и встал из-за стола.

Рене сидел бледный, что-то рисовал вилкой на скатерти и ни на кого не глядел.

- Что вы думаете, Лантье? - обратился профессор к инженеру.

- Думаю, что все это правда, - строго и спокойно сказал Лантье, - я следил все время за барометром: он резко упал, хотя мы держимся на одной высоте. Мы сейчас на высоте приблизительно...