– Моя тоже стала каменная, – кивает Агата, – а характер железный. Говорит твердо: «Кот у тебя слишком прожорливый, и на себя тратишь глупо – покупаешь всякую ерунду». И все мои пиарские штучки кончаются жалкой десяткой. Ну что такое десятка, Оля, в наше время? Обиднее всего знаешь что?

– Что? – Оля вникает в Агатины слова – легче становится, когда не только твоя мама жадина.

– Обидно то, что моя мама совсем не жадная! Всю эту муть она вывозит в воспитательных целях! Она ограничивает меня в деньгах, чтобы я росла скромной и не транжирила деньги по пустякам. Это разве воспитание? Я же тогда наоборот становлюсь невоспитанной, нескромной, пристаю и достаю.

Оля печально закатила глаза и вздохнула так сильно, что с парты слетела тетрадка по математике.

Все прислушивались к их разговору, математичка все не шла, разговор о финансовых проблемах продолжался.

Все молчали, но Агата заметила – многие согласны с ней и с Олей: все мамы ведут себя как жадины. Дети не могут себе позволить купить все необходимое.

Оля подобрала с пола улетевшую тетрадь и сообщила:

– Моя нудит: «Ты живешь не по средствам, слишком широкий размах у тебя, Оля. Живи скромнее». Ей хорошо говорить, она почти ничего не покупает, только еду, одежду, обувь. Ну еще косметику себе хорошую. И все! А мне новый диск Петрушечки надо? Или, может, не надо? И маечку с птичками-синичками, как у Ленки-ашницы, надо? Или, может, не надо? А уж на корм животным тем более необходимо, они не на диете, у них аппетит огромный. Один кролик Крошка может за раз слопать кочан капусты. А морские свинки? Даша и Саша, их двое. Но скоро у них будут морские поросятки, не знаю, сколько их родится – трое, пятеро.