- Сюда бы Коренева, - пробурчал Савушкин - Он весь блат знал, до утра бы за яйца притащил с полным раскладом.

- А ты вытащи его из зоны на сутки, - раздраженно ответил Симаков.

- Так только в американском кино бывает... Я вообще не пойму: за что засадили парня? За то, что эту мразь, убийцу расколол?

Симаков покашлял.

- Тогда все на ушах стояли. И ты с выпученными глазами бегал. А тут еще эта пленка...

- Да, шум подняли большой... Но ничего особенного онто не сделал... Пуганул маленько... Я б его опять на службу взял, если б приговор отменили.

- Если бы да кабы, - Симаков понизил голос. - А кто, по-твоему, этого выблядка пришил?

- Откуда я знаю! Небось свои же...

Карнаyxoв тоже вспомнил Коренева. С ним можно было снять все вопросы в течение суток... Но начальник оперативного отдела сам обеспечивал разработку против майора.

А следователь прокуратуры Горский, который сейчас громко разглагольствует возле трупа, взял его под стражу и отдал под суд.

Все руку приложили, чего теперь вспоминать...

Карнаухов отогнал неприятные мысли.

* * *

Ресторан "Сапфир" располагался на углу Богатяновской и Большой Садовой, в двух первых этажах высотной гостиницы "Интурист". Время шло к полуночи, входная дверь была заперта.

Баркас сильно подергал - так, что задребезжало толстое тяжелое стекло. Из глубины вестибюля важно выплыл швейцар - надутое ментовское или комитетское мурло: они любили после отставки сюда пристроиться, на теплое место, в кормушку... Стучали, конечно, по привычке старым дружкам, и те им помогали, если надо. Лет семь назад Баркас опасался этой публики...

Тогда "Сапфир" был центровым кабаком - солидные посетители, костюмчики-галстучки, интеллигентные рожи. В "адидасе" и маечке его бы никогда сюда не пустили. Да и в костюме, пожалуй, тоже. Но с тех пор многое изменилось!