«Зачем же носить с собой?» — подумал лейтенант.
Школьница оглядела Ледогорова с ног до головы и снизошла до ответа вслух:
— Куклам дома сидеть нельзя.
— Почему? — растерянно спросил Ледогоров.
Школьница повернулась и зашагала прочь.
— Девочка! — крикнул Ледогоров. — У тебя что-то упало!
На асфальте валялся белый комочек. Школьница вернулась и бережно его подняла.
— Спасибо! — сказала она. — Это платок.
— Так почему же нельзя? — снова спросил Ледогоров.
— Можно не объяснять? — вежливо произнесла девочка и на этот раз ушла без оглядки.
Ледогоров вздохнул.
«А дело-то дрянь», — мрачно подумал он.
Катя и Мисюсь
Мисюсь уже не была той неловкой и глупой куклой, какой её принесли из магазина. Воспитание дало плоды. Мало-помалу Мисюсь превращалась в Катину закадычную подружку.
— Представляешь, — говорила Катя. — Гуськов в школу не ходит. Вчера встретила его во дворе, он спрятался.
— Каша наша? — спросила Мисюсь.
— Ешь, ешь. У нас в классе ещё три случая. Теперь я тебя одну никуда не пущу. Какой-то злодей решил загубить всех кукол. Интересно, чем вы его разозлили?
— А простокваша наша?
— Всё в этой комнате наше! И даже в доме. Только к дедушке Дубосекову не ходи, он с нами не дружит. Как думаешь, может, это он?
— Может, может, — соглашалась Мисюсь.
— Нет, не может. Дедушка Дубосеков добрый, — возражала Катя.
— Не может, — подтверждала Мисюсь.
— Но кто это, кто?
— Может, каша, может не простокваша, — раздумчиво отвечала Мисюсь.
На подоконник прыгнула серая птичка и быстро-быстро застучала клювиком, выковыривая засохшую крошку.