— Ручными средствами это сделать нельзя, — сказал Карнаух.
— Клетка Ледогорова измолота в порошок.
— Так что, он станок с собой носит? — воскликнул майор Ревунов.
— Это неясно, — вымолвил Карнаух.
— Займитесь, по крайней мере, божками. Выпуск их прекратить, выяснить адреса сбыта. И голос, ищите голос!
Майор Ревунов повернулся и, гулко шагая, вышел из комнаты.
Прекратить!
Прекратить. Слово очень понятное, сильное. Но всегда ли оно прекращало? За словом должно было следовать дело.
К вечеру стало известно, что злополучный божок приглянулся фабрике-артели имени фирмы «Заря». И что там скульптор-кустарь со своей печуркой! Фабрика-артель уже извлекла из своих огнедышащих исполинов две сотни крепкоголовых довольных божков. Часть из них удалось задержать на месте, но большая часть, увы, рассеялась по неизвестным местам. Да и мало ли на свете таких незаметных фабрик, артелей и смышлёных умельцев? Быть может, божок уже ехал в соседние города и города дальние? Быть может, красовался в уютных квартирах и, страшно сказать, в кабинетах начальства?
Так или иначе, к утру следующего дня на карте в кабинете Карнауха прибавилось ещё несколько красных флажков, а майора Ревунова вызвал к себе полковник Чугун.
Ледогоров и Катя
Задумавшись, шёл Ледогоров по переулку. Перед ним шагала маленькая школьница с пухлым портфелем. Шагала она очень быстро, но вдруг остановилась, и Ледогоров чуть не столкнулся с ней.
Школьница открыла портфель и достала оттуда куклу.
«Неужели на уроках играют в куклы?» — подумал Ледогоров, и дума эта отобразилась на его лице.
«Нет, не играют», — ответил серьёзный взгляд школьницы.