Слон шёл себе и шёл, и Гришке пришлось трусить рядом. Он показал слону сначала один кулак, потом другой, а слон шёл себе и шёл.

Когда они поровнялись с уличным фонарём, слон повёл хоботом, снял с Гришки кепочку и повесил её на фонарь.

— Ты на меня?

Гришка схватил камень, и в тот же миг слон осторожно взял задиру за шиворот, поднял и посадил на крышу дома, на самый край.

Что тут началось! Забегали взрослые люди. Затрезвонили телефоны.

И вот пожарник в каске лезет по пожарной лестнице спасать пострадавшего.

Гришка на крыше сидел смирно, а как попал в руки пожарника, стал брыкаться, кусаться, орать:

— Чего хватаешь?

И показал пожарникам кулак.

— Может, молодого человека нужно остудить? — спросили пожарники друг друга и направили на Гришку струю холодной воды.

В это время мимо Гришкиного дома проходил мальчик Прохоров, а за ним на деревянной ноге ковылял старикашка Гусёк.

— У вас пожар? — спросил Прохоров девочку Машу.

Она стояла в стороне от зевак и тёрла красные, заплаканные глаза.

— Нет, не пожар, — сказала Маша, — только Гришка бросился с кулаками на слона…

Маша посмотрела на Прохорова, на старикашку Гуська и вдруг увидела, что у двух людей три тени.

— Ой! — сказала Маша и испуганно отскочила в сторону.

А Прохоров сразу догадался, отчего это она ойкнула, схватил старикашку Гуська за руку и утянул в глухой переулок.

Ну а Гришка примчался домой — и сразу в чулан. А в чулане в сундук залез. И крышку покрепче закрыл. Сам от себя спрятался.

Ведь так, пожалуй, и маме с папой кулак покажешь.

Происшествие третье

Щёлкнул замок, и Витя остался в доме один. Один в таинственной бабушкиной квартире, которая помещалась на втором этаже набитого тайнами старинного дома.