Три сотни лап в глубину, и почти не ясно, в каком направлении поверхность.

«И что теперь делать, — подумала Трили, — ждать? Деятельные хорьки не ждут. У меня достаточный запас воздуха, чтобы достигнуть дна, но для исследований воздуха маловато. Приземлиться, затем несколько минут для поверхностного обследования и — наверх».

Продолжая погружаться, Трили включила прожектор. Посмотрела вниз. Пучок лучей осветил глубину всего в двадцать лап, дальше снова мрак.

Вскоре, приблизительно оценив скорость своего погружения, Трили поняла, что через несколько секунд достигнет дна.

Когда это произошло, луч ее прожектора высветил метнувшуюся вверх одинокую серебристую вспышку, меньше мелкой рыбешки. Затем, вслед ей, — другую. Обе не обнаружили никакого любопытства по отношению к Трили, не остановились и не стали плавать вокруг нее, как плавают обычно рыбы вокруг ныряльщиков. «Не похоже на рыб, — подумала Трили, — скорее насекомые. Подводные насекомые? Странно. Водные пчелы?»

И тут она поняла, что все дно озера заполнено этими существами.

Дно было плоским, как блюдо. Облачка ила поднимались вверх там, где ступали ее лапы. Странные существа пощелкивали от прикосновения, как тасуемая колода карт, затем застывали разноцветными арками.

Лапы Трилистник скользили по поверхности дна, которое плавно закруглялось слева от нее. Чем дальше она передвигалась, тем круче изгибалось дно. Вдруг она ощутила под лапой пустоту и скользнула вниз, успев заметить рядом, в толще воды, какую-то глыбу или башню.

Вторично коснувшись дна, Трили очутилась на покрытой травой поверхности, у подножия глыбы, которое она ощупала прожектором.

Внезапно на конце луча ее прожектора вспыхнула искра, словно отраженная от чего-то, скрытого в непроглядной мгле.