Пришли они в пустыню, к неприступным скалам.

– А теперь, сынок, принимайся за дело, – приказал бай. – Забей-ка этого быка, а шкуру сдери с него целиком. Да смотри не порви.

Мигом исполнил пастух то, что ему велено было.

– Ай, молодец! – похвалил бай. – Сделал одно, сделай и другое. Полезай в шкуру и посмотри: нет ли в ней дыр.

Парень рад стараться, а бай завязал шкуру верёвкой, и погнал своих верблюдов прочь от этого места. Он очень спешил, потому что на земле среди бела дня наступили сумерки: то летели на пир огромные грифы. Они опустились возле туши быка, в один миг разорвали её и съели. А бычью шкуру унесли в гнездо, на вершину самой высокой скалы. Там они шкуру разодрали на куски и тоже съели, а человека оставили про запас.

Когда птицы улетели, пастух пришёл в себя и увидал, что грифы занесли его на самую высокую скалу. И не возрадовался он, что уцелел. Стал думать, как быть, и слышит вдруг голос бая. Стоит бай со своими верблюдами внизу и кричит:

– Работник, посмотри налево, посмотри направо! Посмотрел пастух налево – груда золота, посмотрел направо – груда серебра.

– Бери золото и серебро и бросай мне! – кричит бай.

– А как же я спущусь отсюда? – спрашивает пастух.

– Делай, что говорят! Вот наполню чувалы драгоценностями, тогда и покажу тебе дорогу вниз.

Принялся парень за работу и скоро все чувалы у бая были полнёхоньки. Погрузил он их на спины верблюдов и повёл караван прочь от страшного места.

– Куда же ты? – удивился парень. – Ты забыл показать мне дорогу.

– Золото и серебро ты видел, а скажи, что ещё ты видишь на своей скале?

– Человеческие кости!

– Это всё, что осталось от джигитов, подобных тебе! – засмеялся бай и пошёл своей дорогой.

Горюй, не горюй, слезами дела не поправишь. Осмотрел пастух скалу: не то, чтоб тропинки, трещину не найдёшь, гладкая, что арбуз. С трёх сторон пески, а с четвёртой – река.