Среди всех девчонок, с которыми Алик познакомился за всю свою жизнь, он выделял только одну Нинку Пономареву. В самые тяжелые минуты, когда его обижал Гога Бавыкин или кто-нибудь из компании, к Алику подходила Нинка, давала ему половинку яблока, и ему сразу становилось легче. Конечно, она делала это потихоньку, потому что никто не знал, что у Алика с Нинкой – дружба. Два раза они ходили вместе в зоопарк, а один раз даже были в кино. Нинка Пономарева была хорошей девчонкой, и Алик решил, что, когда вырастет, женится на ней. И вдруг в самую трудную для Нинки минуту, когда она получила двойку по географии, он изменил ей. Случилось это после школы, дома…

Евгения Викторовна стирала, Алик раскрашивал разноцветными карандашами слепую карту для Нинки, когда в дверь забарабанили сразу в несколько рук. Евгения Викторовна откинула щеколду и растерялась, увидев во дворе толпу взрослых и мальчишек.

– Что случилось?

Впереди всех стояла девчонка в красной шапочке и в красном пальто, с которого текла на землю вода. Девчонку подталкивал к дверям высокий узколицый мужчина в шляпе. Его черные густые брови озабоченно съехались к переносице, а лоб расколола умная глубокая складка

– Потом объясним. Пустите, пожалуйста, в дом.

– Ты, Викторовна, ближе всех, – объяснил Шуркин дед. – Мы решили к тебе. Если недовольна, спрашивай с меня. Я под свою ответственность это.

А случилось вот что… Девчонка с отцом приехала посмотреть, как разлилась река. По берегу «экскурсоводом» бродил Шуркин дед в валенках и бормотал, что такого паводка не было с тысяча девятьсот десятого года