Виктор остолбенел: он-то думал — они заплутались среди незнакомых улиц… А Даша уже взбежала на второй этаж и помахала рукой из лестничного окна. И показала язык.

— Выходи, побродим по весне! — кричит Виктор.

— Я живу в строгой пуританской семье.

— А жизнь проходит.

— Спеши! — смеется она.

Это игра. Виктору нравится игра. Только он больше любит вести ее сам.

— До завтра?

— До потом.

Девушка скрывается. Второй этаж, дверь справа. Виктору немного не по себе. Его обошли. Ну ничего. Чья еще возьмет!

Он читает название улицы, номер дома. Глядит на ручные часы: половина двенадцатого. Мама, конечно, спит. Ася с профессором вернулись из театра. Ася, как всегда, поит его чаем. Они заводят свои традиции; по пятницам — поздние чаи. Ого! Не опоздать бы! Виктор останавливает такси, усаживается поудобней на заднее сиденье, спокойно ощупывает карманы, в которых полное ничего! Пустота.

— Добрый вечер! — приветливо говорит Виктор, входя все в ту же кухню. Он обаятельно улыбается Николаю Николаевичу. — Я очень боялся не застать вас. У меня к вам вопрос… по вашей специальности…

Широкоскулое профессорское лицо — лицо добряка — сразу утрачивает появившуюся было настороженность.

— Пожалуйста.

— Ох, да, совсем забыл. Там, внизу, такси, а у меня… — И он доверчиво выворачивает карманы.

— Конечно. Пожалуйста, — опять говорит профессор, будто и не знает других слов.

— Нет, нет. Это мы поручим Асе. Ладно, тетушка? Только чаевыми не балуй! — И профессору: — Она такая транжирка!

Ася, бледнея от злости и нежелания выдать острого чувства жалости к бросаемым на ветер деньгам, выходит расплачиваться.

Виктор тем временем красиво и душисто, со знанием дела заваривает чай. Он искренне запамятовал, чем занимается профессор, и потому смущенно говорит: