— Огонь! — тут же приказал командир и взмахнул рукой.

Все только того и ждали. Сухо, чётко защёлкали винтовочные выстрелы.

— Ещё огонь! — снова крикнул командир.

Второй залп прозвучал ещё дружнее, крепче.

А с другой стороны, из-за пригорка, уже затрещал, забил второй пулемёт. А там третий, четвёртый…

Белогвардейцев как ветром повалило: они упали, прижались к земле.

В этот самый миг Митюшка второй раз увидел товарища Чапаева.

На своём великолепном рыжем коне, в развевающейся бурке, он выскочил откуда-то сбоку, из-за пригорка, и полным галопом понёсся вдоль цепей. Позади скакали ординарцы, вестовые, связные, и ближе всех главный ординарец — Петя Исаев.

По цепям пронёсся чуть слышный шопот: «Чапаев… Чапай… Василь Иваныч…» Не было бойца, не было командира, который не оглянулся бы на Чапаева.

Смерть Чечика

Близкий взрыв потряс воздух. Сверкнуло пламя. Столб земли взметнулся перед самой мордой коня. Конь вместе с Чапаевым будто провалился в яму.

— Василь Иваныч! — рванулся к Чапаеву ординарец Петя Исаев. — Василь Иваныч!

Чапаев лежал на земле. Края бурки, словно крылья подстреленной птицы, широко раскинулись возле него. Петя Исаев соскочил с коня:

— Василь Иваныч…

А по цепи из уст в уста уже передавалась страшная весть:

— Чапай убит!.. Убили Чапаева!..

И туда, где под буркой лежал Чапаев, несмотря на огонь врага, со всех сторон бежали командиры, красноармейцы.

Петя сдёрнул с Чапаева бурку. Повернул к себе его голову. Наклонился, к его лицу.

— Василь Иваныч! — вдруг крикнул он. — Жив! Куда ранен? Скажи… Сейчас санитаров… Я мигом…