– У нас, пожалуй, перебор. – Снарк поманил капитана к монитору.

Навстречу «Сароре», с каждой секундой вырастая, неслась ноздреватая овальная планетка.

– Так себе планетка! – буркнул кто-то из экипажа.

В гиперпространстве таились и не такие чудеса В мире, которого не было, могло быть всё, что угодно. «Сарора» штопором вошла в верхние слои атмосферы.

– Выравнивай! – приказал капитан компу. Тот чуть опоздал – космолёт тихо плюхнулся на пологое плато, подняв вокруг себя тучи пыли.

– Добро пожаловать в мусорную корзину! – пошутил Снарк, изучая прояснившиеся окрестности.

О планетах из пыли нигде не слыхали.

«Сарора» через брешь в грузовом отсеке выпустила на поверхность негостеприимной планетки робота-исследователя.

Экипаж столпился у иллюминатора за спиной капитана. Пассажиры довольствовались видеомонитором.

Тусклый, туманный мирок, призрачный и бесконечный. Редкий свет звёзд не существующих ни в одном атласе созвездий.

И сплошь серые оттенки: от нежно-туманных до насыщенных, почти чёрных. Пыль оседала долго.

– Да, – протянула разочарованно Рики. – Ещё не известно, чем всё это кончится.

Робот, осторожно переставляя членистый треножник опоры, шаг за шагом ощупывал поверхность.

– Не ной! – прищурился капитан. Робот мягко погружался, увязал в пыли.

Пыль вокруг исследователя собиралась пологим пригорком, вкусно чавкала.

– Да ведь она его жрёт! – ахнул кто-то потрясённо.

На него зашикали. Но тут же говор смолк. Все были потрясены небывалым зрелищем: пылинки живые и юркие, жадно покрывали металл и, на глазах увеличиваясь в размерах, отлетали, уступая место другим. А на гладкой поверхности робота явственно темнели точечки прогрызенного металла.

– Этого не может быть! – повисла в воздухе фраза.

Меж тем точечки слились, превратились в разверзшиеся дыры с неровными краями. Видно, пыль повредила коммуникационную цепь – связь с роботом прервалась.