– Что еще? – спросил озадаченный Микеланджело.

– Я хочу угостить вас, – сказала Эйприл. – Я привезла из города несколько упаковок с пиццей.

– Ура! Пицца! Как я тебя люблю, Эйприл! – воскликнул Леонардо, мгновенно оживляясь. Он спрыгнул со своей лежанки и глаза его загорелись. – А можно спросить, Эйприл?

– Спрашивай.

– Пицца-то с чем?

– Пойдешь со мной, узнаешь! – кокетливо сказала Эйприл и они с Леонардо ушли в большой дом. Там Эйприл отдала черепашке четыре больших упаковки пиццы, но сама не пошла пировать в садовый домик. Ей нужно было еще изучать инструкции, теорию путешествий во времени, словом, готовиться к опасному и важному заданию.

Леонардо вернулся в садовый домик с пиццей и тяжелым томом «Все о летучих мышах».

– Ну, и что мы будем делать с этим ушастиком? – спросил Леонардо, заглядывая в руки Микеланджело, где примостилось безобидное существо.

– Надо продезинфицировать ранку йодом и убедиться, что цела кость, – ответил Микеланджело и принялся за дело. Перевязанную чистым бинтиком мышь поместили в пустую коробку из-под пиццы.

Затем юные мутанты устроили настоящий праздник. Они уплетали изумительную пиццу с грецкими орехами, листали толстую книгу и разговаривали о летучих мышах.

– Так значит, летучие мыши – не грызуны? – спрашивал Леонардо.

– Совершенно верно, – отвечал ему Микеланджело, запивая большой кусок пиццы лимонадом, – они не родственники зайцам, бобрам и сусликам.

– А белка-летяга родственница летучим мышам? – поинтересовался Донателло.

– Нет, – ответил Микеланджело. – Вот здесь написано, что, может быть, это вечерница. Окраска у ее густого, высокого и шелковистого меха коричневато-рыжая сверху и более светлая снизу. Уши короткие, широкие, округленные.

– Раз ты говоришь, что это вечерница, – заметил Донателло, – то у нее, судя по описанию, должны быть узкие длинные крылья.