Какое-то время черепашки молча плыли по водоему, оглядывая окрестности и не говоря друг другу ни слова. Но вскоре Микеланджело не выдержал:
- Да ладно тебе! Давай валяй! Рассказывай мне, потому что уже невыносимо осознавать, как ты втихаря посмеиваешься надо мной, чувствуя себя на высоте.
Леонардо уже привык к тому, что от Микеланджело признаний, как и прощений, не дождешься, а потому, улыбнувшись, спокойным голосом, как ни в чем не бывало, начал:
- Гладиаторские игры были распространены в древнем Риме, а позже и по всей Римской империи. Существовал обычай принуждать специально обученых людей биться насмерть, чтобы пролитая ими кровь возбуждала жадную до зрелищ, развращенную публику, которая находила удовольствие в страданиях и смерти себе подобных.
- Фу, - поморщился Микеланджело, - скажешь тоже: удовольствие...
- Именно так, и не иначе... В молчании или беззаботно болтая, задумчиво или веселясь, возбужденно или равнодушно взирали плебеи и патриции на захватывающее зрелище, как перед ними на арене обученные в специальных гладиаторских школах вооруженные люди эффектно, умело и беспощадно сражались друг с другом. При этом, если зрители того требовали, гладиаторы убивали своих противников с особой жестокостью... Ты помнишь, Микеланджело, как мы на прошлой неделе ходили на бейсбольный матч? И команда, за которую мы болели, сначала проигрывала?
При упоминании об этом матче глаза у Микеланджело заблестели, так как он там имел возможность отличиться, устроив прямо на трибунах драку между болельщиками.
- Как же мне не помнить!? - радостно подхватил тот. - Ты помнишь мой коронный удар левой? Верзила, который набросился на меня с кулаками, испытал силу его на своей голове.
Микеланджело с гордостью продемонстрировал перед Леонардо, каким образом он разделался со своим обидчиком.