Солнечный свет пробился через мутное окошко, забранное решеткой. Свет вернул Микеланджело бодрость и положение показалось ему не безнадежным. За этим окошком была свобода. Он постарается ее завоевать.

Долго и безуспешно Микеланджело искал способ освободить руки. В этом подвале, служившем ему тюремной камерой, он заметил у стенки нечто вроде железной полосы, которая, выходя из пола и поднимаясь к потолку, вероятно, скрепляла доски обшивки. Это полоса образовала в одном месте выступ, о который можно было если не перерезать веревку, то постепенно перетереть ее. По крайней мере, стоило попытаться. Подобравшись к этому выступу, Микеланджело тотчас начал тереть о него веревку. Дело это было не простое. Движения рук, производимые только с толчками всего тела, имели очень короткий размах. Мало того, что работа двигалась медленно, она крайне утомляла, и уже через пять минут черепашке пришлось прерваться для отдыха.

В минуты отдыха Микеланджело вспоминал то время, когда он был вместе с Эйприл, вместе с Донателло, Лео, Рафом. Какое это было замечательное время! Неужели оно не повторится?

Микеланджело поклялся самому себе, что приложит все усилия и найдет своих друзей.

Когда полностью рассвело, пришел хозяин. На этот раз он был обут в мягкие домашние туфли, из чего Микеланджело решил, что находится в подвале дома этого толстяка.

Вместе с толстяком пришел высокий поджарый человек, который сказал, обращаясь к хозяину:

– Ну, где твое морское диво?

Тощий любитель морских чудищ внимательно рассмотрел черепашку, удивился почти человеческим рукам и ногам Микки, постучал по панцирю ногтем и сказал с совершенно равнодушным выражением лица:

– Ну, долларов десять это пресмыкающееся стоит!

– Как? – воскликнул хозяин. – Всего десять долларов?

Микеланджело тоже несколько обидела низкая цена, за которую его хотели купить, он не выдержал и сказал поджарому: