Нил делал вид, что не понимает этих знаков. Он сидел напыжившись, чувствуя, что на него направлены взгляды всего класса. Часть славы двух больных мальчиков как будто распространялась и на него. Нил хмурил брови, морщил лоб, вообще напускал на себя значительный и таинственный вид. Когда раздался звонок, ему даже жалко стало. Со всех сторон спешили к нему, прыгали через парты ребята:

— Алло, Нил, какие новости?

— Видел ты Тони?

— Что они рассказывают?

— Как Чарли? Здоров?

Нил очень важничал: он был центром внимания.

— Приходите к нам — сами все узнаете, — отвечал он каждому. — А Тони с утра сидит у нас. Он теперь шепелявит: ему полицейские вышибли зубы.

— Какой ужас! — воскликнула Мэри. — Если б мне вышибли зубы, я бы, наверное, умерла!

— Чем же он будет теперь грызть орехи? — озабоченно спросила Нэнси. — Какие зубы ему вышибли: передние или боковые?

Стан, Беппо, Сэм и другие мальчики презрительно слушали болтовню девочек. Известно, девчонки всегда спрашивают ерунду.

— Вздули они хоть одного полицейского? — спросил Стан. — Не говорили они тебе?

Но Нил этого не знал. Стан завидовал раненым мальчикам. Они дрались с полицией, теперь о них все говорят, они стали героями. Эх, а тут сиди над учебником географии!

Стан потихоньку пощупал мускулы на собственной руке. Кость, одна тоненькая кость — и никакого намека на бицепс. Он вспомнил дюжего полисмена на Бродвее и огорчился.

«Конечно, я мог бы дать ему подножку, — подумал он. — Вообще в драке это нечестно, но с полицейскими нечего стесняться. А потом, когда он упадет, с ним уж нетрудно будет справиться».

И Стан совсем утешился.

После уроков весь класс решил пойти навестить больных. Но пришла учительница и сказала, что весь класс — это слишком много: мальчики еще нездоровы. Поэтому пусть идут трое-четверо, по выбору класса, а остальные могут прийти позже к дому и узнать все новости.