Ошеломленный Фрост кивнул.

— Кастро и коммунистическая марионетка в Монте-Асуль — как бишь, его?..

— Эрнесто Рамон.

— Да, конечно… Кастро и Эрнесто Рамон чувствуют себя словно два таракана, угодившие на одну сковородку. Поэтому и попросили Рафаэля Ортиса проведать вас. Очевидного кандидата в главнокомандующие.

— Ортис?

— Да. По крайности, числится под этим именем. А подлинное имя, или нет — какая теперь, к черту, разница?

— Ни малейшей. Но что же вам угодно? — без обиняков спросил Фрост.

— Во-первых, закурите.

Бейтон улыбнулся, извлекая желто-коричневую пачку:

— В досье сказано, вы предпочитаете “Кэмел”…

— Н-да, — протянул Фрост и зажег сигарету от любезно поднесенной Бейтоном спички.

— Чего же вы хотите? — повторил наемник, с наслаждением сделав несколько затяжек.

— Только одного. Знать в точности: согласны вы служить… м-м-м… личным телохранителем сеньориты или нет?

— Но какая вам, в сущности, разница?

— Видите ли, — продолжил Бейтон, словно и не слыхал заданного ему вопроса, — приняв официальный воинский чин в заведомо наемной армии, вы лишаетесь американского гражданства. Таков закон. А служить по контракту, охраняя отдельного человека — да еще и не являющего собою пока официальной политической фигуры, — сколько угодно. Если работа повлечет необходимость… нет, если работа вынужденно вовлечет вас в… Короче, вы меня понимаете. Если вокруг закипает война, телохранитель поневоле может оказаться втянут в операции как тактического, так и стратегического свойства. Безо всякого ущерба для своего гражданского статуса.

— Иными словами, — сказал Фрост, — принимай грядущее предложение и помогай порядочным людям сбросить фиделевскую макаку. Заодно потреплем нервы и. самой бородатой твари. Правильно?