- Что за работа, Фрост? - осведомилась Элизабет напряженным голосом.

- Н-ну... Послужу телохранителем. Это мне уже не впервые.

- Ты и в Канаде нанимался телохранителем!

- Здесь иное. И платят сотню тысяч. Сотню, малыш!

- А потом?

- Потом?

- Да. Потом - что ты намерен делать, как жить?

- Мы ведь беседовали об этом, и не раз! Подумай: сто тысяч. Родная моя, ты...

- Зачем нужны сто тысяч такой ценой, Фрост? Мертвому деньги ни к чему хоть сотня миллиардов!

Она, конечно, волновалась перед операцией, капризничала. Раздражаться в ответ было бы попросту грешно.

- Если бы не эта работа, Лиз, я завтра же вылетел бы в Лондон и просидел с тобою рядом хоть целый месяц. Честное слово. Я люблю тебя...

- Хэнк, ты прилетел! - Марина.

- Здравствуй, - сказал капитан, вставая со скамьи.

- Если бы отец был жив, - произнесла темноволосая, темноглазая женщина, то выбрал бы для этой работы именно тебя. Я знаю. И потому...

- Я прибыл.

- Давай немного прогуляемся, Хэнк, - улыбнулась Марина. - В дозволенных пределах, разумеется.

Она изящно и непринужденно взяла капитана под руку, повела в сторону сада, туда, где цвели благоуханные кусты магнолий.

- Битва будет нелегкой. Но теперь, когда ты согласился возглавить армию вторжения...

- Армию возмездия, - улыбнулся Фрост.

- Пожалуй, - сказала Марина. - Теперь мы, думается, отвоюем Монте-Асуль.

- Официально я имею право числиться лишь телохранителем. Никаких воинских чинов. Это грозит большими неприятностями.

- Понимаю. Но разве только в чине дело? Хэнк... Она остановилась, вынудив наемника сделать то же самое.

- Как я соскучилась! И как обрадовалась, узнав, что ты прилетаешь! У тебя все хорошо, правда?