- Язык всегда казался мне таинственным, более таинственным, чем кровь. Возьми слово "сербы". Сербы есть в полабских землях и на Балканах, но это не означает никакой между ними прямой связи. Это метатезная форма слова "себры". Кстати, "себров" мы и сейчас имеем в белорусском - "сябры" - родичи, товарищи. В русском ушедшем - шабры. И вот когда анты пришли на Балканы, они все были себрами. - Леонтий вдруг задумался. Лицо его стало то ли обиженным, то ли испуганным. Он поднял глаза на Лидию Павловну и улыбнулся ей. - Себры, сябры, собры. "Се" означает "Мы". Мы - братья. Собратья. Одна семья. Это и есть глубинная основа славянства. Единение. Гармония. Почему это для нас так важно?

Лидии Павловне показалось, что в его глазах сейчас нет места ничему, кроме слов, - даже Богу. А если бы и был у Леонтия Бог, он бы выкатился сейчас в виде слезы и поспешил высохнуть.

- Еще голубцов хочешь? - голос Лидии Павловны был спичечно опасным.

- Спасибо. Нажрался. Кстати, "вено" по-литовски единица.

- Голова у тебя не раскалывается?

- А что? - Леонтий пощупал голову.

- Говоришь много.

- Пустяки. Вено - единица, целое. Половина - пол вена. Муж половина. Жена - половина. Отсюда - "пол". Половые отношения. Отношения половин. Вено - семья!

Лидию Павловну подташнивало. Ей казалось, что Леонтий высыпает прямо на пол и на тахту мешки мусора. "Кошмар! Ужас! Какие-то квази-озарения", шептала она.

А он сбросил туфли, сбросил брюки и завалился на диван.

- Язык - это фантастика, - чуть ли не закричал. - Откровенно открываем тайны вена. Проникновенно - проникаем в тайны вена, шпионим. Конечно, сейчас "вен" суффикс. Но, имей в виду, суффиксы не с потолка взялись. - Леонтий подмигнул ей призывно и обнял за талию.

- Ты поел? - спросила Лидия Павловна, сглотнув страх.

- Поел.

- Попил?

- Нет еще.

- Дома попьешь. Проваливай!

- Ты чего? - Леонтий послушно встал с дивана; наверно, его часто гоняли таким образом. - Какая тебя муха укусила, це-це? Если хочешь знать - злая ты. У злых, это доказано, дети рождаются золотушные.