— Нас, кажется, начинают выручать!

— Наверно, это отряд Владимира Исидоровича,— предположил Вовка, и сердце его учащенно забилось.

глава седьмая,

в которой появляется мохнатый забияка,

а затем и еще кое-кто

Удары камня о камень продолжались, вероятно, около получаса. В минуты редких пауз, когда вновь слышался плач, Галка с Вовкой снова и снова старались определить, в какой стороне может находиться невидимый крикун, но это оказалось невозможным. Им чудилось, что звуки раздаются то справа, то слева, то впереди, то сзади, ибо пещера обладала отличным резонансом, а эхо как бы играло этими звуками.

Вдруг откуда-то сверху в пещеру ворвался мощный сноп света. И в ту же долю секунды ребята скорее почувствовали, чем увидели, что возле них прямо с потолка (если это можно было назвать потолком) упал огромный кусок гранита, а вслед за ним свалилось какое-то мохнатое существо.

Пещера огласилась мощнейшим звуковым залпом из трех глоток, обладатели которых закричали от сильного испуга.

Прижавшись друг к другу, Галка и Вовка не отры-вали глаз от того, кто свалился, и уже перестали кричать, ибо любопытство взяло верх над страхом. Однако темное существо, не переставая издавать какие-то хриплые лающие звуки, забилось в угол пещеры.

— Да ведь оно, наверно, поранилось!—прошептала Галка, схватив за руку Вовку и почти задевая своими губами его ухо.

— Наве-э-эр-но,— протянул Вовка.

Сквозь пролом сверху лился поток солнечного света, благодаря чему можно было уже ориентироваться.

Вовка сначала никак не мог определить, какое существо пополнило их компанию. Ему даже показалось, что это нечто среднее между медвежонком и обезьяной. Однако, приглядевшись, он понял, что перед ними находится один из представителей рода человеческого,— мальчишка лет семи или восьми с длинными, пониже плеч, и густыми черными волосами. Вместо одежды на нем красовалась пестрая лоснящаяся шкура какого-то животного — как раз на том месте, где полагалось быть трусам.