Развязав рюкзак, Вовка извлек рогатку. Бодро встряхнув ею, Вовка вложил камень, прицелился и выстрелил в ствол боярышника. Ура! Точное попадание. Не шутите с нами. Воробьев на лету сбиваем. Вот бы попался какой-нибудь дикий человек! Что сделает пятиклассник В. Тутарев? Прицелится — бац! И прямо в лоб. Руки вверх.

Вовка уже ликовал, представляя, какую сенсацию на земном шаре вызовет поимка дикого человека учеником пятого класса В. Тутаревым, вот когда можно будет поиздеваться над этой сопливой нонпарелью Чистюлькиным, который впал в детство и, на смех всем взрослым мальчишкам, занялся изготовлением… обыкновенных игрушек.

«Ну что, уважаемый Гошенька, — скажет Вовка, — как идут ваши героические игрушечные дела? Сколько матрешек вы изготовили на своей знаменитой фабрике? Вас еще не избрали почетной девочкой школы номер сто тридцать пять? Ах, не избрали? Какая жалость! А не хотите ли вы, кстати говоря, взглянуть на одного симпатичного молодого волосатого человека, который давно мечтает с вами познакомиться? Только, пожалуйста, не очень сильно жмите ему руку, а то он немного ослаб после того, как я тащил его на аркане с горных круч».

Да, не очень приятно будет Гошке слушать эту яркую Вовкину речь. Но что поделаешь? Не станет же он препираться — с кем? С самим В. Тутаревым! С В. Тутаревым, имя которого гремит во всех уголках земли, а портреты висят даже в эскимосских — как их там?..

Вот загвоздка! Как же, черт возьми, называется жилище эскимосов? Вовка с негодованием отбросил хижину, юрту, шалаш, землянку, саклю, кибитку, хату, шатер и уже впал в отчаяние из-за своей скверной памяти, когда его вдруг осенило.