— Мы могли бы затребовать ее сразу, как только получили просьбу о помощи, — терпеливо объяснял Демотт, — но этого не требовалось. Эта информация, мистер Финлэйсон, не является закрытой. Она доступна публике. Большие кампании, как правило, поразительно беспечны в этом отношении. Возможно, чтобы убедить публику или чтобы придать блеска облику кампании, описывая ее систему безопасности, они не просто публикуют информацию о ее работе, но фактически бомбардируют ею обывателей. Информация эта, разумеется, ненадежна и отрывочна, но даже человек средних способностей может составить из кусков целое.

— Собственно, большим кампаниям, вроде «Аляски», которая построила ваш трубопровод не в чем себя особенно упрекать. Им далеко до опрометчивости чемпиона всех времен — правительства Соединенных Штатов. Рассекречивание атомной бомбы является тому классическим примером. Когда русские тоже сделали бомбу, правительство решило, что теперь нет никакого резона хранить информацию о ней под грифом «секретно». Хотите знать, как сделать атомную бомбу? Пошлите запрос в АЕС

— Подождите. Достаточно, — Финлэйсон взмахнул рукой, защищаясь. — Верю, что вы не засылали в Прудхо-Бей армии шпионов. Ответ прост. Когда я получил это письмо, — оно было послано мне, а не в главное управление кампании в Анкоридже — я позвонил генеральному директору. Мы оба решили, что почти наверняка это просто розыгрыш, шутка. Однако, с сожалением должен признать, что многие жители Аляски не испытывают к нам добрых чувств. Поэтому мы решили, что если это не шутка, то положение может стать очень серьезным. Люди, подобные нам, хотя и поднялись на достаточно высокие позиции в своей области, не принимают окончательных решений, касающихся безопасности и будущего десятимиллиардного капитала. Поэтому мы решили поставить в известность великих «пенджэндрамов».

— Дирекции везде одинаковы, — сказал Демотт. — У вас при себе эта записка с угрозами?

Финлэйсон достал из стола маленький листок и протянул его Демотту.