Три белых "Зеро" шли клином. Головную машину, заметную по красному колпаку и зеленому обтекателю, вел подполковник Йоси Мацухара, командовавший всей палубной авиацией "Йонаги", лучший друг Брента. На задней части фюзеляжа каждого самолета был выведен синий круг - такой же, как и у "Тигра II", - свидетельствовавший, что они входят в состав Первого воздушного флота. Заметив свои истребители, Брент почувствовал прилив уверенности и спокойствия, так нужных всем, кто летит в одиночку в незнакомом небе, самому себе напоминая стрекозу, которую, того и гляди, накроет сачок энтомолога. "Йоси, старина, - сказал он вполголоса. - Смотри в оба. Мы летим не над Америкой, тут нам не рады".

Но верткие белые истребители резко отвернули и стали набирать высоту, уходя к грозовому фронту.

- Три "Зеро" на два-шесть-ноль, выше. Ушли с набором высоты к грозовому фронту.

- Вижу, - услышал он в наушниках ответ командира. - Штурман, стрелок, внимание! Скоро покажется Сайпан. Брент, думай о "Мессершмиттах", а не о какой-нибудь мадам Баттерфляй, что ждет тебя в Токио.

Брент усмехнулся. Сейчас его как раз никто не ждал в Токио.

- Есть, ясно! - сказал он и добавил с шутливой торжественностью: - Если твой меч сломан, дерись руками, если руки тебе отрубили...

- Ладно-ладно, мы читали "Хага-куре". Отставить! Не засорять эфир посторонними разговорами!

- Есть отставить, - сказал стрелок, смеясь про себя тому, как быстро распознал старый летчик цитату из священной для каждого самурая книги "Хага-куре" ("Под листьями").

В наушниках он услышал и хихиканье штурмана. Но снова прижав к глазам бинокль, Брент почувствовал, как хорошее настроение исчезло вместе с истребителями, оставив после себя гнетущую пустоту. "Йоси, где ты? Где ты?" - повторял он, вглядываясь в небо, где не было ничего, кроме облаков да красно-белого шара солнца.