«Словно я ударил ребенка…»

Все, кто хочет в группу «Форум», — играйте с Дмитрием Матковским.

Журнал «Рокси», № 13, июнь-октябрь 1987 г.

Рок-н-ролл — не просто музыкальный стиль, но и образ жизни, только не моей жизни.

Сергей Рогожин

Усугубляя чем и кем возможно собственную театральность, еще сохраняя имидж этаких ряженых шутников, где-то даже юродивых от рок-н-ролла (среди когорты русских рок-мудрецов, поющих о вечных вопросах и поколенческой рефлексии), «аукцыонщики» в «Багдаде…» уже нащупывают известную в искусстве, но неповторимую у каждого талантливого автора ноту страдающего шута, острящего не улыбаясь, фехтующего с миром и обороняющегося от него убийственным смехом и испепеляющей независимостью своих мелодий, жестов и суждений.

Не включайте свет, Лучше ждать во тьме, Не вставайте с мест, Не мешайте мне, Я хочу поставить крест На своей судьбе…

— желает герой «Ы» в открывающей «Багдад…» теме «Путь в Джинистан». А дальше, скажем в «Жертвоприношении» и «Тоске», словно консервируются апокалиптические послания-диагнозы грядущей, нашей то бишь, эпохе:

Сегодня, ты знаешь сам, Сегодня мы приносим сверхурочно жертву богам. Нефть, газ, Нефть ушла от нас. Жертвобригада вновь перевыполнит план. Новую жертву в заклан! Нефть ушла от нас! Ты — жертва. Не стоит ныть. Ты — жертва ради нефти.

И вот финал картины:

Ветер перемен, шаг не в полноги, Не для этих стен, а для других. Yellow submarine, желтая тоска. Желтый карантин — на века.