За время следствия, растянувшегося в общей сложности на четыре года, Агджу изобличали во лжи свыше ста раз! Изобличали, подчеркиваем, только тогда, когда даже Мартелла при всей своей необъективности не мог пройти мимо вопиющих несообразностей в показаниях обвиняемого. Но самого-то Агджу изобличения нимало не смущали. С одной стороны, в силу собственного позерства и воображаемого суперменства он непрестанно привносил в надиктованные подсказчиками «разоблачения», и без того зыбкие, личную лепту, множил вздор и делал его тем самым более выпуклым и самоочевидным. А с другой — вся эта дикая свистопляска, наворот инсинуаций, поклепов и даже опровержений «заказчиков» из ЦРУ вполне устраивали! Устраивали, поскольку позволяли раздувать сенсацию, внедрить, втиснуть, вколотить «болгарский след» в сознание каждого мало-мальски читающего газеты обывателя.

Воистину у посла США в Риме Максуэлла Рэбба были достаточные основания заверить госдепартамент телеграммой от 28 августа 1982 года: «Организация в Италии кампании по привлечению внимания общественности к участию Болгарии в покушении на папу Иоанна Павла II является возможной и обещающей. Большинство католиков на естественный вопрос, кому была бы наиболее выгодна смерть папы, ответят — странам Восточного блока…» Текст телеграммы был опубликован в журнале «Паче э гуэрра» 21 июля 1983 года.

Обратите внимание на дату публикации. К этому времени, к середине 1983 года, по всему миру уже развернулась не только кампания лжи и клеветы на социализм, но и контркампания за освобождение ни в чем не повинного болгарского гражданина (Василев и Айвазов обвинялись заочно). Прогрессивные юристы и журналисты разных стран независимо друг от друга пришли к выводу, что обвинения в адрес Болгарии, основанные всецело на запоздалых, путанных и голословных «признаниях» наемного убийцы, совершенно неосновательны. И в процессе этих независимых расследований, вопреки Мартелле и «большой прессе» Запада, стали выявляться факты вроде посольской телеграммы — факты, неопровержимо свидетельствующие о том, кто стоял за спиной Агджи в мае 81-го и два года спустя.