У всех общий враг - Россия. У всех них один враг они сами. Меня поносят. Я с ними рядом, но не с ними, я не ругаю Правительство. Я спокоен. Я МОГУ! Я ЕСТЬ! Я ЖИВОЙ! Меня заставляют. Силой. Надо же... Олигофрены. Кто-то едет на дачу. Вкалывать. Кто-то к жене. Ненавидеть. Никто не думает. Это дело чиновников. Пусть они думают, чувствуют, делают что-либо. А народ их распнет в случае грубой ошибки. Гении рвутся к власти Рвутся мстить, не править. Алчность. Злоба. Лень. Чревоугодие. Это Жители. Столицы Сибири. Православной Руси. Живые живут, слышат, видят. Чувствуют, умирают, исходят кровью от ощущения непоправимого. В них плюют. В лучшем случае не замечают. Глаза. Пара глаз за стеклом в салоне. Уставились на меня. С ужасом. Х-хе, правильно, как я смею?! Да какое же я чудовище!!! Какое я право судить имею?!.. Х-ха! Да ведь я - в каждом из них, Я тоже - олигофрен. Потому что мне до лампочки что с ними будет. Бой проигран. Родина уничтожена. Нами же, Жителями... Олигофренами!!! НО Я ВЕДЬ ЖИВОЙ!!! Я МОГУ!!!! Я ЕСТЬ!!!!!

ЗРЯЧИЙ

Этот день был похож на кино о старых Сибирских лесах. Над полями туман, обнимающий сосны. Солнце заперто Северным Ветром. Я стоял на краю обрыва, у тихого переката. И небо было цвета воды, Я видел ворона, его сожрал ветер, унес во плоти в Небеса. Я стоял на краю обрыва, голый, у тихого переката. В мертвом ветре летели люди, касаясь воды, там, внизу, Внизу, вниз по течению. Все небо стало единым облаком, скрыло меня, рыдало и пело за меня... Она не пришла.

Дмитрий Ильин

стр. 14 приснились какие-то странные сны

СКАЗКА Полине и Вадиму

Когда он вернулся, в очередной раз опровергая все тревожные слухи и сплетни, Эри уже была достаточно взрослой, чтобы выйти вместе со всеми к воротам встречать его. - Дети, - мать примчалась из красильни гораздо раньше, чем обычно, и было видно, как она торопилась принести в дом добрую весть. Руки ее были отмыты кое-как, а плащ она накинула прямо поверх рабочего халата, - Дети! Мидар вернулся! Эрилин, ну не стой ты столбом, ты же не хочешь, чтобы мы пришли последними! В это было трудно поверить, Эри даже пробовала ущипнуть себя украдкой за руку, но мираж не рассеивался, - она стояла с матерью и братом возле дороги, ведущей к воротам.