— Ты не завербованный агент, на которого всегда можно нажать, если он начинает брыкаться, — миролюбиво продолжил Бородавочник. — Да и у нас, я надеюсь, сложились и свои отношения.

Эсквайр сделал паузу, рассчитывая на подтверждение с моей стороны. Я кивнул — мне действительно не в чем было упрекнуть его лично.

— Но я не хочу, чтобы ты что-то делал в качестве личного одолжения мне, — это ясно. Что остается? Для людей, которые работают здесь, есть понятие «долг службы», и с ними такой разговор был бы вообще немыслимым. Но ты живешь там, и это многое меняет. Во всяком случае, для меня.

И здесь Бородавочник был прав. Для него правила игры еще существовали. Я в Конторе мало с кем общался, помимо него, но это были молодые волки. А он все-таки — старая школа.

— И какое будет решение? — спросил я. Я из деликатности не хотел подчеркивать, что решение должно быть принято обеими сторонами.

— Решение принимать нам обоим, — произнес за меня Эсквайр и снова вдохнул воображаемый запах со своей верхней губы. — Поживи пару дней, недельку, сколько можешь, у себя на даче, а потом мы снова встретимся. Один вариант такой. Если ты принесешь мне служебную записку с описанием подозрений, что тебя в последнее время пасут, я завизирую ее, и мы тебя законсервируем на неопределенный срок.

— А другой вариант?

— А другой вариант, тебя никогда больше не будут просить сделать работу, для которой годится и кто-то другой. Но, поскольку я часто видел тебя в делах из серии «миссия невыполнима» и поскольку ты один из тех, кому я безусловно доверяю, я смогу обратиться к тебе, если для кого-то это будет вопрос жизни или смерти. Так будет честно?

Я видел Эсквайра в разных ситуациях. Но он всегда всех переигрывает.

4. Вторая встреча с Эсквайром