«Уважаемый Всеволод Леонидович! По заказу лобби иностранного государства прокуратура Москвы возбудила, а Савеловский суд в настоящее время рассматривает против меня уголовное дело по совершенно вздорному обвинению в призывах к экстремистской деятельности (статья 280.2 УК РФ).

В поисках хоть каких-нибудь доказательств моей вины прокуратура Савеловского района города Москвы, обвиняющая меня в суде, обратилась в Общественную Коллегию по жалобам на прессу с просьбой дать мне этическую оценку.

Сопредседатель Коллегии М.А. Федотов 8 апреля сообщил мне электронным письмом, что заседание коллегии состоится 14 марта в 11–00, я попросил его уточнить дату, и он 9 апреля исправил ошибку: «…заседание состоится 14 апреля, в тоже (так в тексте. — Ю.М.) время, по тому же адресу».

К 11.00 14 апреля я с группой журналистов прибыл в Дом Журналиста, на первом этаже висело объявление, что в 11–00 рассматривается дело Савеловской прокуратуры против газеты «Дуэль», но в зале на месте ответчика уже сидел главный редактор радио «Эхо Москвы» А.А. Венедиктов. На мое недоумение Федотов, не извинившись, заявил, что они сначала рассмотрят дело против «Эхо Москвы». А.А. Венедиктов, сам член Общественной Коллегии, молчаливо одобрил решение сопредседателя.

В результате мы больше часа ждали, пока Венедиктов, бесконечно повторяя одно и то же, оправдывался, что его радиостанция усекла часть фразы Д. Гранина не для того, чтобы изменить ее смысл, а по недоразумению. Слушали его бесконечные напоминания, что «Эхо Москвы» уже извинилось перед Граниным, слушали, как эксперт-лингвист со словарем разъяснял членам Коллегии значение русских слов, потом было долгое совещание Коллегии по этой склоке, в результате к рассмотрению нашего дела, назначенному на 11.00, Общественная Коллегия приступила только в 12.40.