Сбоку на грузовике была нарисована карта Америки со штатами, некоторые из которых были раскрашены в яркие цвета. «Это штаты, в которых мы побывали», — объяснил парень. Вместе с ними ехала собака — довольно веселое и бойкое существо, которое бегало по всему салону и приставала с нежностями то к водителям, то к их случайному пассажиру. В этой машине я проехал несколько десятков миль, а на прощанье парень с девушкой насобирали мне целый пакет еды — бобы, суп и мясо в консервных банках.

Далее меня подвез фермер из северного Нью-Йорка. Работает на собственной ферме, держит шестьдесят коров, выращивает овощи и фрукты. Ему помогает сестра и брат. Не похож на американских фермеров, какими я их себе представлял. Молодой парень, длинные волосы, борода — скорее напоминает рок-музыканта времен 60-х. Он оставил меня в западном Иллинойсе, где я вновь принялся голосовать.

По прошествии часа ни одна машина не остановилось. Уже наступил вечер, а я понятия не имел, где мне придется ночевать. И тут — какая радостная встреча! — ко мне опять подъехала полицейская машина. Я хотел было уже подойти и поздороваться, но полицейский жестами показал, чтобы я оставался на месте. Он вышел из машины, приказал держать руки так, чтобы я их видел, затем тщательно обыскал на наличие оружия (предыдущий полицейский только спросил, есть ли у меня что-то подобное). В общем, разве только не надел наручники. После этой процедуры пригласил сесть в машину на заднее сиденье и отвез на ближайшую бензоколонку, объясняя по дороге американские дорожные законы:

— Вы не можете голосовать на интерстейт хайвее. На любом другом хайвее можете, но не на этом.