— Почему?

— Потому что это опасно.

— Для кого опасно — для меня или водителя?

— Для вас. Здесь очень сильное движение, много машин едет с большой скоростью и кто-то может вас зацепить.

— Но то, что здесь сильное движение, как раз помогает ездить мне автостопом, — начал я спорить с полицейским. — И если это опасно…

— Я не пишу законы, — перебил он меня. — Я слежу за их выполнением.

Он довез меня до бензоколонки рядом с небольшим городком, остановил машину и сказал: «Если пройдете отсюда на юг несколько кварталов, то найдете небольшую дорогу, по которой сможете добраться до стоянки для дальнобойщиков. Там попросите кого-нибудь подвезти вас туда, куда вам надо»

— А вы не могли бы подбросить меня до этой стоянки? — спросил я

— Я не таксист, чтобы подвозить всех подряд, — ответил он раздраженно. — И еще: если мне позвонят с этой бензоколонки и скажут, что вы голосуете на том же месте, я приеду и арестую вас.

Я вышел из машины и, проклиная копа на английском и русском языках, поплелся в указанном направлении. Конечно, тот путь, который мне посоветовал полицейский, совсем не походил на 80-й хайвей с кучей машин и грузовиков, проносящихся мимо каждую минуту. Это была простая проселочная дорога, по которой автомобиль проезжал раз в десять минут. К этому времени уже совсем стемнело и хитч-хайкер, голосующий на пустынной дороге, не вызывал у водителей доверия. В итоге я прошел почти весь путь — около шести-семи километров — пешком. Только под самый конец пути остановился старик из этого городка, которые довез меня в итоге до другого, более крупного «трак-стопа».

По стоянке я ходил несколько часов. Большинство дальнобойщиков отказывали, ссылаясь на то, что им запрещено брать хитч-хайкеров. Наконец один из них, лет пятидесяти, похожий чем-то на простого русского мужика, согласился меня подвезти. Ехал он в Лос-Анджелес как раз по 80-му хайвею на запад, так что с ним я проехал большую часть пути до Денвера.