Помните, в детской книжке Hезнайка подался в художники, нарисовал портреты всех своих друзей и устроил выставку.

Пришел доктор Пилюлькин, ходил, смотрел, смеялся, все ему очень нравилось, пока не дошел он до своего собственного портрета.

Свой ему очень не понравился. И потребовал он его снять, а не то касторку пропишет.

Почему не нравится собственный портрет (а ведь национальный стереотип это даже не портрет, а скорее карикатура)? Потому ли, что не похож, или потому же, почему никто не узнает своего голоса, записанного на магнитофон, - себя со стороны не видишь и не слышишь, вот и считаешь, что ты лучше и чище, чем на самом деле. А правда глаза колет.

Описывать что бы то ни было - в том числе, и национальный характер можно лишь с определенной степенью достоверности. Так, нельзя сказать, что Луна на самом деле не такая, как мы ее видим в окно ночью, раз, если посмотреть в телескоп, она выглядит совсем иначе. Человек, ненадолго побывавший в какой-то чужой стране, будет взахлеб рассказывать о своих впечатлениях в полной уверенности, что сделал верные наблюдения. Hо стоит ему пожить там подольше, как наблюдения начнут противоречить друг другу, а выводы - размываться: большое количество деталей не способствует созданию цельной картины; для достижения цельности подробностями приходится жертвовать.

Совершенно ли бесполезным оказывается получившееся описание? Вовсе нет.

Конечно, оно мало что дает для понимания конкретного представителя той или иной нации (люди-то ведь все разные, да и всякий отдельный человек шире), но тем не менее помогает в интерпретации тех или иных его проявлений.