Я – один и тот же человек, но одновременно другой. Вы увидите, что есть Sikki, и затем есть Nikki, немного трезвый, держащий все под контролем и вне контроля, сумасшедший. Время от времени мне даже приходит в голову, что я может быть похож на человека, которого в 86–ом Ники ненавидел бы. Это нормально, я не думаю, что хотел бы знать Sikki в 2006 г. Так что все просто.

Я слушал «Velvet Undeground» снова сегодня и песня «Heroin» хороша как никогда, особенно когда ЛУ Рид поет о героине, являющемся его смертью, его жизнью и его женой.

Кто мог бы подумать, когда я рос в штате Айдахо, что одна из наиболее вдохновенных песен моей жизни песен умрет также как предмет песни.

Я мог сжечь эти безумные дневники или отложить их туда, где я их нашел, и никто когда–либо не станет немного мудрее. Итак, почему я решил их издать и показать миру каким я был трахнутым, ослабевшим психом, которым я был в разгаре моего успеха?

Что ж, это просто. Если один человек, прочитавший эту книгу, не опустился по той же самой дороге как я, ради этого стоило разделить мой личный ад с ним. Я также жертвую прибыль с этой книги, чтобы помочь беспомощным детям (Running Wild in the Night through Covenant House).

Они говорят, чтобы иметь то, что ты имеешь, надо это отдать. Я верю этому. Я также думаю, что ты можешь быть чертовски крутым, не дать трахнуть себя и получить пинок под зад в жизни, и не быть отвратительным. Я по–прежнему первый человек, говорящий «Пошел ты!» (Fuck you), но я стремлюсь говорить, что «Я люблю тебя». Если жизнь – то, что ты делаешь, я сделаю ее большим. Потребуется много усилий и если тебе нужно, ты сможешь сделать это тоже.

Последнюю, но не в последнюю очередь строчку в «Home Sweet Home» я написал в 1985 году, она столь же верна сегодня, как и тогда:

Мое сердце как открытая книга

Для целого мира, чтобы читать.

(My heart’s like an open book

For the whole world to read.)

Добро пожаловать в мой кошмар…