Пока Арафат еще дышал, я и не подозревала, что у него было чувство юмора. Теперь я точно знаю, что было, да еще какое. Помните, как после 11 сентября, пока «народ» Арафата плясками и раздачей сладостей отмечавший первый и, скорее всего, последний в своей несуществующей истории день «победы», сам раис, окруженный представителями прессы и медперсоналом, торжественно сдал кровь для переливания жертвам теракта. Мы с вами в то время не знали, что у него — СПИД, но и без СПИДа у любого нормального человека кровь бы свернулась от одной мысли о том, что в его вены попадет пусть даже одна-единственная капля арафатовых нечистот. Но он-то знал, чем он болен. Он-то знал, что со временем его дурная болезнь станет достоянием гластности. Был ли способ лучше посмеяться над американцами в день их национального траура?

Но если говорить серьезно, то наследие Арафата отнюдь не ограничивается мерзкой клоунадой. Его наследие огромно и заслуживает сравнения с наследием нашего праотца Авраама. Как Авраам, Арафат стал отцом народа, которого до него не существовало. Неважно, сколько раз я напишу, что «палестинцы» это террористическая организация, а не народ, ставший бездомным по вине жестоких сионистов. Неважно, сколько раз я напомню вам, что у них нет ни своего языка, ни культуры, ни истории, что они пришли в Израиль со всего арабского мира, что их не объединяет ничего, кроме ислама и жажды еврейской крови. Неважно, что «историческая Палестина» это всего лишь антисемитский миф, подобный «Протоколам Сионских мудрецов», только гораздо более успешный. Важно то, что весь мир верит, что арафатова террористическая организация является самым настоящим народом. И раз весь мир так считает, то, значит, так оно и есть.

В чем-то Арафат даже превзошел Авраама. Авраама вел Бог. Арафата вела мусульманская ненависть ко всему хорошему, что еще существует в нашем мире. Вот почему, сколько бы детей ни приносил он в жертву своей ненависти, ни разу Бог не послал ангела, чтобы тот в последний момент предотвратил убийство.