История КПСС гласит, что на самом первом, организационном съезде РСДРП произошел раскол партии на большевиков, которых на съезде было меньше, и меньшевиков, которых было, наоборот, больше. И с тех пор до самого конца главной заботой большевиков была борьба с меньшевиками, и это правильно, потому что какой мне смысл бороться с проклятым царизмом, если революция приведет к власти не меня, а кого-то другого.

Люди деликатные утверждают, что христианство возникло как попытка распространить веру в Бога за пределы Избранного народа. Циники, вроде меня, говорят, что христианство возникло как идеология использования веры в Бога для прихода к власти. Как мы знаем, это мероприятие увенчалось успехом, и сегодня христианству не угрожает ничего, кроме джихада, которого им нечего бояться, потому что, как показывает практика, при хорошо организованном нажиме сменить одну фальшивую религию на другую не так уж и трудно. Но на заре христианства его отцам-основателям важно было убедить всех, что именно они, а не евреи-староверы представляют истинного бога. Именно поэтому Христа распяли евреи, а не, скажем, сирийцы, египтяне или вообще какие-нибудь варвары. Именно поэтому вся история христианства стала историей антисемитизма, и нет никакой надежды, что человечество когда-либо сможет от этой заразы исцелиться.

Я пытался делиться моими взглядами на историю христианства с христианами, которых я знаю лично и достаточно хорошо, чтобы не сомневаться, что дискуссия не перейдет в погром. Многие из них ехидно спрашивали меня, что произойдет с основами еврейской веры, если подвергнуть их такому же безжалостному анализу. С еще большим ехидством я отвечал своим оппонентам, что они вольны разоблачать любые верования моего народа: евреям это как шло, так и ехало, а вот что в результате останется от христианства? Один ислам… Погрома не произошло, но мои оппоненты продолжают ходить в церковь на рождество и свою пасху и осенять себя крестом в свои минуты роковые.