Пожелавший остаться безымянным российский читатель моих подрывных опусов открыл мне глаза на таящуюся в них опасность для молодых душ: какой-нибудь неискушенный, впечатлительный юноша может ненароком прочесть мою писанину и, одурманенный беспрецедентной красотой слога и ненормально малым количеством орфографических ошибок в моих текстах, задать себе вопрос: «А вдруг Либерберг прав и в России — что-то не так?» Я не нашелся, что возразить. В любой стране что-то не так. В любой живой стране есть проблемы, и люди их не прячут, потому что, спрятав проблему, ее уже не решишь. Безымянному читателю из России хочется, чтобы русские дети считали, что все идет нормально, что проблем нет, что убожество сегодняшней российской жизни — это и есть самое лучшее, на что они могут надеяться. За что ж вы их так, безымянный читатель? Ведь ваши же дети-то…

С другой стороны — ведь дети-то ваши; по мне так хоть совсем грамоте их не учите, чтоб ненароком крамолы не начитались.

И все же ни в чем подлинное величие русского народа не проявляется так ярко, как в его отношении к евреям.

Это правда, что Мария Александровна Ульянова в девичестве звалась Бланк, а Троцкий — Бронштейн, что Дзержинский был наполовину евреем, а Свердлов — на все сто, что термин «концентрационный лагерь» был придуман не немцами, а задолго до них советским человеком по фамилии Берман, который и организовал первый в истории лагерь нового типа, что одной из самых кровавых фигур в кровавой истории Советской России был еврей Ягода. Этот список можно продолжить, ни разу не соврав, — пожалуйста, продолжайте, не стесняйтесь. Поднапрягитесь и докажите всему прогрессивному человечеству, что это евреи виноваты во всех бедах вашей многострадальной страны.

Но как же им это удалось? Их во всем мире — чуть больше, чем москвичей, а в России их осталось меньше полпроцента населения.