— А что насчет прессы?

— Шило в мешке не утаишь. Они все равно тебя вычислят. Сам знаешь, какой у них нюх на все эти дела. Как у мухи на свежее дерьмо.

— Да уж, не успокоятся, пока не перетрясут все грязное белье. У вас не так уж много времени.

— Ничего, как-нибудь управимся. Старайся не обращать на них внимания, — попытался улыбнуться Квирк.

— Кто еще кроме тебя, меня и Белсона?

— Ведется официальное расследование. Но вполне возможно, что убийца и правда где-то внутри. Так что мне нужен кто-нибудь не из управления, но чтобы я был уверен, что он чист.

— Спасибо за доверие, — улыбнулся я. — Весьма польщен.

Белсон остановился на светофоре у детской больницы. Зажегся зеленый, мы проехали мимо больницы и свернули на Джамайка-уэй.

— Кроме того, что я только что сообщил, нет абсолютно ничего, — продолжал Квирк. — Ни свидетелей, ни улик. Конечно, мы отдали на анализ сперму, но проку от него, похоже, мало. От этого не оттолкнешься. В первых двух случаях не обнаружено ни единого отпечатка, так что можно быть уверенным, что и на этот раз их тоже не будет. Все женщины убиты у себя дома. Первая, шлюха, жила на Брайтоне возле стройки Фэйнуила, вторая на Рагглз-стрит возле больницы.

— Знакомился, шел к ним домой и делал свое дело, — предположил я.

— Или шел следом, потом грозил пистолетом и силой затаскивал их в дом, — пожал плечами Квирк.

— И вламывался, скорее всего, не наобум. Нельзя наугад попасть к трем женщинам, чтобы все они оказались негритянками.

— Ну, на Рагглз-стрит это все возможно, но нарваться на негритянку на Брайтоне не так-то просто. А здесь, в последнем случае, шансов было еще меньше.

— А сам он, скорее всего, белый.

— Да, наверняка. Нетрудно догадаться. Он ищет чернокожих, но ищет не в негритянских кварталах. Ведь даже на Рагглз-стрит живут и цветные, и белые. Так что он либо боится идти ночью в негритянский район, либо считает, что будет там слишком приметным.