А Матвею нравилось, как они говорят о городе.

Соня так не могла бы. Почему бы ей не оказаться похожей на Симу?

Впрочем, о Соне лучше не думать.

Сразу после ужина Матвей забрался на свою верхнюю полку с твердым намерением тотчас же, ни о чем не думая, заснуть. Погасили свет. Рядом тихо посапывал Курбатов, внизу ворочался Дубровский. Наконец и он угомонился. А Матвей все не мог уснуть. Пытался считать, но, досчитав до тысячи, бросил.

А колеса вагона насмешливо выстукивали: "Так и надо, так и надо!"

И опять невольно всплывало в памяти все, что было связано с Соней.

2

Познакомились они в день похорон его матери. После поминок, когда все разошлись, он не захотел оставаться в комнате матери один и вышел на улицу. Было холодно, с Финского залива дул промозглый ветер. Матвей бесцельно бродил по городу, предаваясь невеселым размышлениям. Он смотрел на ярко освещенные окна домов, и его охватывала грусть. У тех, кто жил за этими окнами, был дом, семья, близкие. У него никого не осталось.

Он изрядно продрог и на Невском зашел в ресторан "Кавказский", чтобы согреться. Сел на первое же свободное место и заказал два стакана чаю. Официант пожал плечами:

- Странно.

Но чай все-таки принес - в заварном чайнике с маленькой тонкой ручкой, Матвей никак не мог ухватиться за эту ручку окоченевшими, негнущимися пальцами. Сидевшая за столиком девушка предложила:

- Давайте-ка я вам налью.

Не ожидая его согласия, она взяла чайник и стала наливать в стакан.

- Не очень крепкий?

Вот так же спрашивала его мать. И вдруг Матвею показалось, что между матерью и этой девушкой есть что-то общее. Случается, что мы с незнакомыми людьми бываем откровеннее, случайному попутчику или собеседнику рассказываем то, о чем даже с друзьями не решаемся заговорить. Вот и сейчас Матвею захотелось рассказать этой незнакомой девушке о своей матери, о себе. И он стал говорить торопливо и сбивчиво, опасаясь, что девушка не дослушает его. Когда он закончил свой рассказ, она задумчиво сказала: