Передовым взглядам Бутакова и Макарова Петров противопоставлял реакционную теорию американского контр-адмирала Мэхэна и английского вице-адмирала Коломба, основанную на антинаучном принципе "вечных законов". Согласно этому принципу законы ведения боевых действий на море остаются неизменными, как бы с течением времени ни менялись оружие и боевая техника флота. Явную ошибочность такого воззрения понимал еще Бутаков. А Макаров, говоря о трудах Мэхэна и Коломба, советовал "не считать, что выводы их, основанные на примерах парусной эпохи, безусловно верны в наш век машин и электричества"{2}.
Согласно теории Мэхэна и Коломба главной задачей флота во время войны являлось достижение господства на море - так называемое "командование морем". Теория эта была создана в период, когда между капиталистическими странами началась борьба за передел уже поделенного мира. В основе ее лежало стремление оправдать необходимость колониальных захватов империалистическими странами, в первую очередь Америкой и Англией. Условием успешных захватов являлось, согласно этой теории, "морское могущество".
Для трудов Петрова, Жерве, Кладо и подобных им теоретиков характерно не только искажение исторического процесса развития отечественного военно-морского искусства, принижение роли русских флотоводцев и пропаганда преклонения перед иностранными авторитетами, но и то, что в них делалась попытка оправдать политику царского правительства в отношении отечественного флота.
Творческое решение проблем советской военно-морской науки и ее дальнейшее развитие требуют освоения наследства передовых теоретиков русского военно-морского флота и решительного разоблачения реакционной военной буржуазно-дворянской идеологии на основе марксистско-ленинского учения о войне и армии.