- Дома был, - сказала она низким голосом, вышла из-за черёмухи и наклонилась над грядкой.

- Если спит - не выйдет, - заверил Филимонов.

Капитан пристально глядел на бесновавшуюся лохматую тварь.

- Цепь длинновата, - отметил он. - Но крыльцо широкое. Достанет или нет? Ладно, вы тут стойте пока.

И пошёл к крыльцу. Собака чуть присела на задние лапы и зашлась рёвом. Капитан постоял у крыльца и вдруг уверенно поднялся по ступеням...

- Не, его собаки не берут, - восхищённо чмокнув, сказал Филимонов.

Не обращая внимания на пса, капитан наклонился через перила, пытаясь заглянуть в окно, потом подошёл к двери и потянул её на себя. Дверь открылась и он шагнул за порог.

- Дома Федька, - заключил Филимонов. - Спит.

Но через секунду в дверях вдруг показалась капитанова спина. Я уставился на неё. Зачем-то постояв на пороге, капитан медленно шагнул назад, на крыльцо. Собака, рыкнув, внезапно кинулась прочь, к будке.

- Ребята, - сказал капитан сиплым голосом, медленно поворачивая к нам голову, - он через окно...

И вдруг, не кончив фразу, стал падать на спину. Падал он медленно, хватаясь рукою за дверь, но всё время срываясь. И только когда упал, я увидел, что слева в груди его торчит нож.

Несколько секунд мы ошарашенно глядели на крыльцо.

- Федька?! - в ужасе шепнул Филимонов. - У него крыша поехала!

- Почему Федька? - шёпотом возразил я. - Через окно же...

Прежде, чем шагнуть в калитку, я взглянул на соседний огород. Женщина всё так же корпела над грядкой. Потом посмотрел на углы дома. Из-за них никто не показывался. Индейским шагом, с носка на пятку, я пошёл к крыльцу.

- Я туда не пойду, - твёрдым голосом сказал Филимонов позади меня.

- Не ходи, - согласился я, не оглядываясь. - Стой у калитки.

Догадливая лохматая тварь нырнула в свою будку и выглядывала оттуда, скаля зубы.

- Вылезешь - покусаю, - предупредил я и осторожно поднялся на крыльцо. Взглянул в лицо участковому.