В тайгу можно беспрепятственно уйти на любом из остановочных пунктов, которых должно быть ещё несколько. Трое или четверо участковых, работающих по всей линии, вряд ли смогут помешать этому, тем более, что диких туристов, как и обыкновенных бомжей, здесь в тёплое время года бывает немало.

Тогда что же это такое - наихудший вариант?

Я влез в малину и укрылся за кустами, устроив перед собою удобный обзор. В воздухе гудели шмели, перед глазами мелькала разная летучая шантрапа; над скалой, в которой был пробит туннель, кружились чайки. По роду своей деятельности - а был я профессиональным научным сотрудником - я сильно не любил необъяснимых явлений или поступков. И по мере сил старался всегда найти им логическое объяснение, если они попадались на моём пути. Но вот сейчас зловредный наихудший вариант логично не объяснялся. Может, всё это выдумки милицейских теоретиков? Здесь, на узкой прибрежной полосе, прижатой к морю скалами и с трудом обжитой людьми, не могли, я был уверен, происходить такие крутые и циничные события, которыми сейчас полна жизнь больших городов. Ведь всегда на Земле - думал я, сидя за кустами, найдутся такие тихие уголки, в которых...

- Филипп! - рявкнул Селивёрстыч. - Состав идёт. Слышишь?

- Нет. Далёко?

Селивёрстыч подумал.

- Минут через десять будет.

Ну что же, додумаем эту интересную мысль потом.

Тепловоз вынырнул из туннеля через девять минут с секундами. За ним с ритмичным грохотом покатилась вереница зелёных пассажирских вагонов. Скорость потрясающая - километров за двадцать. Скептическим взглядом следил я, как вагоны, дружно подскакивая на стыках, катятся мимо меня. На крышах вагонов пусто. В окнах торчат изумлённые физиономии. Из-под колёс дымок не струится. Двери везде... Стоп! Что там за идиот выглянул из двери последнего вагона?