Мерабов руководил ансамблем при известном эстрадном дуэте Александр Лившиц — Александр Левенбук. Этот дуэт в те осенние дни подготовил новую программу под названием «Пиф-паф» и искали в неё вокалистку. Надеюсь, читатель догадался, на ком они остановили свой выбор? Правильно, на Пугачёвой, с которой их познакомил Мерабов. Однако было сразу два «но»: чтобы отправиться с юной исполнительницей на гастроли, надо было выбить разрешение, во-первых, у её мамы, во-вторых — у руководства музыкального училища. Первой под усиленную обработку попала мама будущей гастролёрши.

Поначалу Зинаида Архиповна категорически отказывалась отпускать дочь к черту на кулички (гастроли должны были проходить в Перми и Свердловске), и никакие слёзные мольбы Аллы на неё не действовали. Не повлиял на мать и приход в их дом Левенбука, который клятвенно обещал, что лично будет присматривать за Аллой на гастролях. И тогда Алла использовала последний шанс: помчалась к дальним родственникам мамы — супружеской чете, которые некогда были артистами оперетты. Те немедленно позвонили Зинаиде Архиповне. И случилось чудо. Переговорив с ними, мать Пугачёвой положила трубку на рычаг и после короткой паузы произнесла: «Ну, что ж, подумаем». Но по её лицу всем стало ясно, что неприступная крепость пала.

Что касается руководителей училища, то в их отношении был избран ещё более хитрый ход. Было решено придумать Пугачёвой какую-нибудь болезнь, под которую можно было взять в учебном заведении академический отпуск. Ну, например, со зрением. В итоге 16 ноября 1965 года из-под руки мамы Пугачёвой на свет родилось заявление на имя директора училища Е. К. Гедевановой следующего содержания: «Прошу Вас дать академический отпуск моей дочери Пугачёвой А. Б., ученице 2-го курса дирижерско-хорового факультета, по состоянию здоровья — на 1965/66 уч. год».

Спустя несколько дней после этого Пугачёва отправилась на гастроли.