Я сама себе аккомпанировала на рояле, и публика принимала меня очень хорошо. Каково же было моё удивление, когда перед последним концертом директор вдруг сказал мне: «Деточка! Мы возвращаемся в Москву. Советую тебе забыть о сцене — артистка из тебя не получилась. А что касается денег, то ты должна будешь внести в кассу…». И называет мне сумму. Оказалось, что концертное платье, которое так старательно ушивала мне мама, и туфли, которые я приобрела во время гастролей, значительно превышали сумму моего заработка.
С таким настроением я возвращаюсь в Москву. Стою на перроне московского вокзала и боюсь идти домой. Тут ко мне подошёл наш музыкант, он играл на ударных инструментах. Взял мой чемодан и повёл домой. Когда мама открыла дверь, он сразу же ей выпалил: «Вот ваша дочь. Артисткой она не стала. Но я вам говорю — мы о ней ещё услышим…» Таковы были мои первые гастроли…»
В Москву Пугачёва вернулась в конце года. И 27 декабря написала заявление руководству училища: «Мне был предоставлен академический отпуск ввиду болезни, но, так как я чувствую себя вполне здоровой, прошу дать мне возможность продолжать учёбу».
Вскоре после первых гастролей, в 1966 году, на Аллу Пугачёву обратил внимание редактор популярной воскресной радиопередачи «С добрым утром!» Владимир Трифонов. Он славился тем, что везде и всюду выискивал подающих надежды молодых артистов. Вот и Пугачёву постигла та же участь. Причём напарнику Трифонова Дмитрию Иванову она совершенно не понравилась, а Трифонов сказал, что её ждёт большое будущее. «Ну, ну», — скептически покачал головой Иванов, посчитав увлечение своего напарника очередной блажью. Ближайшее же будущее показало, кто из них прав в этом споре.