Между прочим, Мединский, рассказывая о «продаже Аляски», заявляет, что американским инициаторам покупки пришлось-де лоббировать её в Конгрессе США, поскольку там якобы было много противников сделки, и далее заключает:

Профессор МГИМО, похоже, забыл, что ни одна так или иначе присоединяемая к России территория не была присоединена в результате финансовой операции. Все присоединения были или добровольными — как в случае Абхазии, Грузии, Армении, или стали результатом силового расширения России до её естественных (не забудем!) геополитических пределов. За новые или вновь возвращённые территории Россия всегда платила потом и кровью своих героических сынов.

Это Соединённые Штаты все свои новые территории после образования федерации первых тринадцати штатов купили — у Франции, у Испании, у России…

Что же до «откатов», то Мединский в некотором смысле прав — в истории России не отмечено ни одного случая, когда кто-то из членов Государственного совета Российской империи получил «откат», присоединяя территорию к Империи. Но вот история с «отсоединением» территории Русской Америки от Империи, увы, «откатами» полна, начиная с брата императора — великого князя Константина.

«Откаты», «откаты»…

А как, почему и когда в жизни современной России возникло это понятие?

В романе Вадима Кожевникова «Щит и меч» хорошо сказано о тех, кто развращён настолько, что разврат не считает развратом. Это, кроме прочего, и о таких, как Мединский, Грызлов, Путин, Медведев и иже с ними. Ведь Мединский вряд ли отдаёт себе отчёт в том, что само понятие «откат» неотделимо от возникшей после 1991 года «Россиянии» ельциных, абрамовичей, мединских, грызловых, путиных, медведевых, хириновских, прохоровых, чубайсов и т. д.