- Антонов! - обратился я к своему механику, меня встречавшему. - Это чьи там аэропланы?

- Ей-богу, командир, не знаю. Будто бы полк ПВО... В это время у соседей взлетела зеленая ракета. У двух истребителей закрутились винты, и "яки" пошли на взлет.

- Куда это они, проветриться решили? - спросил техник.

Я сопровождал самолеты взглядом, пока не понял, в чем дело.

- Нет, Антонов, не проветриться. С запада "приятель" идет (так мы называли немецкий самолет-разведчик). Высоковато забрался, осторожничает... Только опоздали вы, братцы мои, с вылетом. Пока свои пять километров наберете, "приятеля" и след простынет. Как думаешь, Антонов?

- Уйдет, - коротко согласился со мной техник. Немец прошел строго над нашим аэродромом точно на восток.

К нам подошли другие летчики. Один из них, Муравьев, усмехнулся:

- Видали, как фашисты оперативно работают? Не успели мы на новом месте из кабины вылезти, а они нас - на пленочку! Прилетят домой, увеличат снимок - не только самолеты, Антонова с открытым ртом увидят. Закрой, Женя, варежку, не то ворона влетит!

Все рассмеялись. Мой Антонов зло сверкнул глазами, но промолчал. С Муравьевым, остряком и балагуром, он опасался связываться. По опыту знал: себе будет дороже.

Между тем разведчик, пройдя над нами, растаял в небе. Растворилась в густой синеве и пара "яков". На аэродроме снова воцарилось спокойствие. Продолжалась обычная работа: заправка машин горючим, воздухом... Вдруг на стоянке кто-то радостно крикнул:

- Смотри, смотри, ребята! Поймали!..

Все подняли головы вверх, отыскивая самолет. Вместе со всеми я стал наблюдать, как большой двухмоторный "юнкерс", не жалея завывавших от натуги моторов, спешил на запад и как сзади и справа от него мчались, постепенно догоняя фашиста, наши истребители. Рядом с этим стервятником они были похожи на двух юрких стрижей.

Затаив дыхание, все ждали, что будет дальше.

Вот наши "яки" позади немца перешли справа налево.