Кабанов подвел меня к станку, на котором работала молодая миловидная женщина:

- Познакомься, это наш лучший токарь Капа Алпатова.

Женщина покраснела. Движением рычага она сдвинула со шкива шелестевший ремень трансмиссии. Станок остановился. Я протянул Капе руку. Сжав пальцы в кулак, она подала мне вместо ладони незамаранное запястье и укоризненно обратилась к Кабанову:

- Андрей Никитович! Вы уж больно расхвалили меня. Ну какая я лучшая? У нас все женщины-токари хорошо работают.

- Ну ладно, ладно, - примирительно сказал Андрей. - Это я к слову... Вот что, Капа. Сегодня тебе надо выступить на встрече с молодежью, сказать пару слов о наших делах, о главной задаче - помощи фронту.

Капа стала отказываться:

- У нас есть работницы и поопытнее меня. Нюра Купцова, член бюро райкома партии... Мотя Астахова, депутат райсовета...

- Ну хорошо, - остановил ее Кабанов. - Я не настаиваю. Убирай свой станок - и в клуб.

И мы пошли дальше. Дорогой Андрей рассказал мне о той тяжкой доле, что выпала Капе.

- Знаешь, Сережа, какой она замечательный человек! Хотя у нее двое детей, но если надо - по две смены из цеха не уходит. Сколько она корпусов к минам выточила - тысячи! И все же считает, что этого мало и что другие лучше нее работают. Капин муж был наш парень, заводской. Отличный токарь, виртуоз. Когда началась война, его оставили на брони. Но во время боев под Сталинградом пришла повестка и ему. Вместо него на завод пришла Капа. Вообще-то по специальности она электрик. Вот и попросилась поначалу дежурить на подстанцию, чтобы ночью работать, а днем быть с детьми. И месяца не прошло - получила похоронку: "Ваш муж геройски погиб..." Я с Марией Ивановной, заместителем секретаря парткома, пошел к ней домой.