Разворот на девяносто градусов! Снова прижаться к воде! И еще пять минут с курсом двести семьдесят. Потом опять разворот - уже почти строго на север. Ну, разве что два-три градуса надо будет довернуть для борьбы со сносом. Его, конечно, трудно определить над морем. Но когда капитан скатывался с горки у Семерникова, успел все же прикинуть - снос был совсем невелик.

Еще перед вылетом ведомые Григорьяна и Нестеренко показали Мите, как размещены зенитные средства немецкого аэродрома. И тогда же Митя тщательно просмотрел на крупномасштабной карте все подходы к Веселому со стороны моря. Берег здесь резко обрывался к воде, и этот откос протянулся на целых десять километров. Митя решил, что сможет издалека увидеть аэродром, а приближаясь, прикроется обрывом, пройдет вдоль полосы берегового песка, чтобы само выскакивание его "яка"

пришлось бы точно над целью. Высокий, крутой берег не только скроет разведчика от приборов и глаз немцев, но и приглушит шум мотора - фашисты смогут обнаружить самолет, лишь когда он выскочит из-под обрыва - прямо над позицией счетверенной установки зенитных пулеметов.

Недолго летит капитан Леднев над синим, подернутым легкой рябью морем. Все ближе желтая полоска прибрежного песка, откос уже отчетливо виден. Еще немного, и разворот. Митя выполняет его особенно тщательно. Ведь всего на двадцати метрах. Для того чтобы не оказаться невзначай выше обрыва - не обнаружить себя преждевременно. И вот, как и было задумано, самолет несется вдоль берега. Пора? Десять километров он проходит чуть больше чем за минуту. Теперь ему уже не надо прятаться. Он делает боевой разворот-с набором высоты. И послушный рулям "як" взмывает точно над аэродромом Веселый.

- Здравствуйте, господа!-кричит по радио Митя.

Как знать? Вдруг у них какой-нибудь подслушивающий радиоприемник настроен на волну наших разведчиков. И-хоп!-Митя выпускает шасси. А теперь надо еще покачать крылышками - попросить разрешения на посадку, используя международный язык летчиков.