После подведения итогов практики мы пригласили нашего руководителя в общежитие, там он увидел накрытый стол с бутылкой, а мы попросили отобедать с нами. Вот тут полковник дат нам великолепный урок, как должен вести себя офицер-воспитатель. Он сказал спасибо и сел с нами за стол. Мы чувствовали себя крайне неловко и были как на иголках. Полковник чувствовал себя спокойно, втянул нас в разговор, мы освоились, и получился интересный неторопливый разговор о жизни, о службе, о нашей учебе. Водки была одна бутылка, т. е. наркомовская норма 100 грамм на человека, поэтому обед пьянкой при всем желании нельзя было назвать. Провожая преподавателя, мы попытались промямлить, что никому не скажем про состоявшийся обед, но он сразу прервал эту тему и сказал, что в этом не сомневается и наши заверения излишни. Дальше он сам развил эту тему: «Вы пятикурсники, как говорят, без пяти минут офицеры. Трое из вас были на фронте, где и солдатам и офицерам наркомовские 100 грамм наливали из одной фляги. Вы отлично работали на практике, а своим поведением заслужили уважение ваших начальников и старших товарищей. По сути, вы уже офицеры, осталось только ждать производства. Я и обедал с вами, и сто грамм выпил как офицер с офицерами».
В 1951 году в моей жизни произошли три важных события. Во-первых, я женился. Жена моя, Валентина Николаевна, ленинградка, тогда студентка-медик, потом врач-терапевт. Вот уже больше пятидесяти лет мы всегда вместе. Во-вторых, я стал сталинским стипендиатом, а это тысяча рублей без всяких вычетов. Когда я стал лейтенантом и то на руки меньше получал. В-третьих, закончил пятый курс и стал проходить преддипломную практику в Военморпроекте-26 в городе Ленинграде.