Беларуский язык в предвоенные, советские годы перестал быть государственным языком и под предлогом "двуязычия" республики был вытеснен из всех сфер общественной жизни. Ну, а после войны, когда в опустошенную войной Беларусь хлынула масса рабочих и инженеров на восстановление разрушенного войной хозяйства со всего СССР, денационализация республики пошла полным ходом. Кроме того, за два послевоенных десятилетия, как я узнал уже сегодня, не было подготовлено ни одного учителя беларуского языка. Проходила плановая ликвидация школьной сети с беларуским языком обучения, закрывались беларуские школы. В Минске до войны было около ста школ, где преподавание велось на беларуском языке. После войны осталась только одна такая школа.
Что тут уже говорить о древнем названии страны — "Литва" применительно к БССР, третей по значению республики СССР, члену ООН.
Но не все так плохо, все-таки пробуждается и возрождается самосознание народа по мере изучения собственной истории, долго закрытой для народа. Беларусь, ее народ начинают осознавать, что его корни теряются в древней Литве, что Литва — это его отчий дом.
Наш земляк, великий польский поэт Адам Мицкевич (1798–1855 гг.), который родился под Новогрудком, свое отечество называл Литвой. Беларуский писатель XIX ст. В. Дунин-Мартинкевич (1807–1884 гг.), которого также нельзя подозревать в отсутствии беларуского национального самосознания, считал, что он вырос среди литвинов. Уроженец Гродненщины Кастусь Калиновский, революционная деятельность которого приходится на 60 годы XIX столетия, и который всегда обращался к своему народу на беларуском языке, как правило, называл родной край Литвой". (Николай Ермолович, "Белорусское государство Великое княжество Литовское",